Наверно, нам с тобой гореть в аду
За то, что на тебя в лесу молюсь.
Как на кресте, на заячьем следу
Распят четвероногий мой "исус"...

♦ Глава II

 ♦  Помеси гончих - Какие признаки указывают установившуюся породу - Непонимание некоторыми охотниками значения слова "порода" - Трудность вывода породи у нас в России - Каких правил следует держаться при выводе породь гончих - Вязка - Содержание щенных сук - Выбор щенков - Содержание и выращивание щенков  ♦

В предыдущей главе я описал капитальные породы гончих, которые по давнему происмождению и установившимся, неизменным признакам должны называться "коренными", т.к. от них произошли все новейшие породы. Большая часть современных гончих нечистокровны, не в смысле примеси негончей крови (хотя и таким много), но потому, что почти все они произошли от смешения некоторым коренным пород и настолько уже утратили типичные привнаки своих прародителей, что по большей части трудно даже и знатоку указать те коренные породы, oт которым они произошли.

Описывать все разновидности современных гончих невозможно, потому что их слишком много и они по большей части неустановившиеся, а следовательно, меняют признаки с каждым поколением. Но чтобы дать некоторое понятие о нечистокровных гончих, я приведу свои наблюдения над мешанными гончими, происходящими от чистокровных собак разным пород.

Начну с костромской породы, которую хотя и трудно найти в чистом виде, но кровь которой есть почти во всех наших мешанных гончих.

Как я говорил при описании костромских гончих, они бывают трех мастей: черные в подпалинах, желто-багряные и черно-пегие; черные в подпалинах часто переходят в чепрачную масть, которая составляет переход к желто-багряной. Вообще черной впросерь и желтой масти костромские гончие держатся крепко, так что от черных в подпалинах производителей никогда не родятся пегие щенки, но часто выходят чепрачные, а иногда желто-багряные. То же замечается и с пегими, от которых нередко родятся щенки названных мастей, но непременно белоногие и белогрудые. На основании совершенной тождественности склада, голосов и охотничьих качеств пегих гончих я назвал также костромскими и не имел основания называть их другой породой, но т.к. они легко возвращаются к первоначальной масти, то я полагаю, что пегая масть этой разновидности искусственная, происшедшая или от вырождения, или от какой-нибудь примеси, которая уже стушевалась в складе и характере, но удержалась в окрасе псовины.

Если мешать пегих костромских гончих с черными в подпалинах или желто-багряными, то помесь выходит которой-нибудь из последних мастей, но непременно белоногая, белогрудая и часто беломордая, а пегие щенки удаются гораздо реже. Т.к. костромские гончие стали встречаться довольно редко, то те охотники, которые желали сохранить эту породу, не задумываясь, мешали пегих костромичей с другими, и из этого произошло то, что большинство костромских гончих получилось с значительными белыми отметинами, что нисколько не портит их превосходных качеств, и подобные действия, в видах сохранения вымирающей породы, вполне правильны, ибо от белоногих и беломордых собак постоянным подбором нетрудно отвести гончих без отметин.

Как было видно из описания пород, костромские гончие имеют по складу некоторое сходство с паратыми польскими, но сходство это только поверхностное и исчезает при внимательном осмотре, однако многие охотники обманывались и обманываются этим сходством и, признавая собак однопородными, мешали их в надежде поддержать породу. Но, странное дело, первая помесь этим пород, за редким исключением, бывала вообще неудачна: тонкого, слабоватого сложения, она далеко уступала выносливостью не только костромским, но даже и польским, и обыкновенно скоро разбивалась ногами. Голоса этой породы из рук вон плохи: они как-то странно ломаются и походят на сиповатое хныканье, из которого только порой прорываются резкие дискантовые ноты, похожие на обыкновенные голоса паратых польских гончих. Даже редкие порядочные собаки всегда бывали безголосыми сравнительно с костромскими производителями. Что наследуется помесью от костромских гончих - это тонкость чутья, а от польских - паратость. Мастью эта помесь выдается и в польских, и в костромских, но подпалины всегда уже бывают красного, а не желтого цвета. Я не знаю, чем объяснить обыкновенно худые качества этой помеси, потому что костромская порода вообще имеет свойство улучшать склад и голоса всех других гончих.

В помеси с русской гончей костромичи всегда дают отличные реэультаты, чему, вероятно, много способствует взаимное сходство обеих пород. По охотничьим качествам эта помесь чуть ли не лучшая для ружейной охоты; голоса, вязкость и степень паратости они полностью наследуют от костромских, но по складу и характеру более походит на пеших, приобретая большую длину корпуса и большую развязность в движениях. Масть этой помеси никогда не изменяется и наследуется от производителей, которые одномастны. От этой помеси, постоянным подбором производителей, можно сравнительно скоро отвести гончих со всеми признаками чистой костромской или пешей породы, так что и знаток не отличит их от чистокровных. Дольше других признаков эта помесь удерживает от пеших производителей их крутогоность.

Теперь я скажу несколько слов о той помеси, или скорей установившейся породе, из которой недавно были слажены многие стаи. Это - помесь костромских с тяжелыми польскими. В конце XVIII и в начале прошлого столетия, во время частых войн и походов на Запад, многие офицеры-охотники приводили из Польши тяжелых гончих, которые тогда, как и теперь, вероятно, нравились своим внушительным, угрюмым видом. Некоторые слаживали стаи из чистокровных гончих этой породы, но большинство мешало их с костромскими или старинными русскими; какого рода собаки выходили от последней помеси, я не знаю, но от смешения с костромскими образовалась выносливая и отличная во всех отношениях порода. Признаки этой новой породы следующие: тупая, довольно длинная морда, средней ширины и вышины череп, длинные уши в трубку, глаза всегда черные, большие и навыкате, общий склад крепкий и широкий, на невысоких прочных ногах, хвост немного изогнутый, масть или черная в подпалинах (подпалины разные), или черно-пегая в подпалинах; у некоторых местами незначительный серый подшерсток. Голоса у этих гончих очень хорошие, у многих с отличным заливом, и вообще немного уступают голосам кровных костромичей. Степень паратости, как и у костромских гончих, зависит от воспитания и постоянного подбора производителей.

Из курляндских гончих, насколько мне известно, никогда не бывало стай при псовых охотах. В наши губернии они попадали случайно и употреблялись для ружейной охоты. Из помеси этих гончих с костромскими выходили очень хорошие, но до крайности пешие собаки, отличные одиночки, но с теми же неудобствами для больших стай, как и чистые курляндские. Складом они более походили на последних, но более подбористы и сохраняли отрывистые голоса, только немногие приобретали короткий залив, всегда с перебоем. Росту эта помесь была некрупного и окрас псовины сохраняла курляндский. Я знал несколько таких гончих и надо отдать им справедливость, что они служили своим хозяевам верой и правдой.

Слыхал я, что в помеси с паратыми польскими курляндские гончие давали хорошие результаты, но только через несколько поколений, что и понятно, ибо эти породы слишком различны по паратости и по складу, и, вероятно, первые поколения дают собак различного склада и качества.

В помеси с английскими курляндские гончие дают очень складных и красивых собак, но их полевые качества редко соответствуют наружному виду, и я знал только одного выжлеца, от английской выжловки и курляндского выжлеца, хороших охотничьих качеств.

Английских мешали без разбора со всеми другими породами, и теперь трудно достать гончую, в которой бы не было английской крови. Английские гончие хороши в помесях только тем, что придают паратости любой другой породе, но непременно также передают и свои родовые пороки, т.е. плохое мастерство, слабое чутье, дрянные голоса и склонность к славливанию зверя молчком. Хорошие гончие из их помесей бывают только в том случае, если в них преобладает не английская кровь; кроме того, все первые поколения от английских гончих с другими выходят очень разнотипны и склонны к потере подпалин, т.е. к утрате самого главного признака в масти вообще гончей собаки.

Лучшая помесь английских гончих удается от их смешения с паратыми польскими: она замечательно скоро устанавливается в самостоятельную породу с неизменными признаками и по многим качествам бывает лучше коренных пород, от которых происходит. Собаки эти гораэдо вязче английских и гораэдо их чутьистее. складом же и голосами походят на польских. Масть зависит от того, какой масти употреблен английский производитель; если он черный или черный в подпалинах, то и дети бывают черные а подпалинах, если же он пегий, то и дети выходят различные. Мне больше приходилось видеть эту помесь черно-пегую, в ярких подпалинах; зависела ли пегая масть от желания владельца иметь гончих этой масти, или сами гончие склонны к ней - наверное сказать не могу, но думаю, что справедливо первое предположение.

Помесь английских гончих с тяжелыми польскими дает способных гончих только через несколько поколений, а первые бывают разных ног и как-то нескладны. То же можно сказать и о помеси с костромскими, но последняя устанавливается скорее, а иногда и первые поколения бывают удовлетворительны, в особенности если дать преобладание которой-нибудь иэ смешиваемых пород. Вообще костромской производитель имеет больше влияния на приплод, чем английский, а если в помеси равное количество обеих кровей, то она удерживает больше признаков первой породы и с каждым поколением приближается к костромскому типу. Впрочем, последнее замечается во вcex помесях английских гончих, приэнаки которых удерживаются сравнительно недолго, и это подтверждается тем, что охотники, которые дорожат в своих гончих этими признаками, принуждены часто прибавлять в породу чистой английской крови, иначе гончие вырождаются в других употребленных в помеси гончих.

Говоря о породах гончих и их помесях, часто приходится употреблять выражение "установившаяся порода"; поэтому считаю нелишним определить то, что принято называть установившейся породой. Если смешивать собак двух разных пород, то щенки, родившиеся от них, бывают разных типов: одни родятся в мать, другие в отца, третьи составляют среднее между отцом и матерью; но если, при дальнейшем разведении этих собак, придерживаться строго образовавшейся помеси, то от дальнейших скрещиваний родятся собаки уже более сходные между собой, от этих в свою очередь - еще сходней и через известное число поколений все собаки новой породы будут родиться одинакового склада. Вот когда достигается эта наследственность одних и тех же неизменных признаков, о и порода может по праву называться установившейся.

У мешанных собак одинаковый склад формируется не сразу о всех частях тела, но постепенно, начиная с переда. Сначала во вновь образующейся породе складывается известная форма головы, потом туловища и ног и после сего хвост; поэтому хвост есть главная примета, по которой можно узнать, установилась ли известная порода ли еще не совсем. Некоторые утверждают, что масть породы устанавливается после всего, но это не всегда верно. Так, если помесь произошла от одномастных коренных пород или очень сходных окрасом, то она наследует масть; если же мешаются породы разномастные, то, конечно, масть помеси не устанавливается дольше, но и в этом случае все зависит от выбора производителей для дальнейшего разведения. Оставляя из пометов щенков олько одной какой-нибудь масти, ее можно установить неизменной скорее, чем определится общий склад новой породы. Не руководясь последним правилом и оставляя в пометах разномастных щенков, употребляя их безразлично в производители, действительно очень трудно дождаться, чтобы масть установилась сама собой, и я признаюсь, что сильно сомневаюсь, может ли она и установиться одинаковой без помощи человека, т.е. без подбора одномастных производителей. При внимательном подборе в выводимой породе можно достигнуть не только того, что общий окрас будет одинаковый, но даже маленькие отметины не будут составлять индивидуальной особенности, будут свойственны всей породе.

Характер, а следовательно и полевые качества гончих выводимой породы формируются параллельно складу, никогда его не опережая; напротив, если не особенно тщательно выбирать производителей с тем характером, который желательно иметь в новой породе, то окончательное его установление оттягивается на значительно долгий срок, а раз сделанная ошибка может испортить сразу труды многих лет, ибо ничто так легко не наследуется собаками, как порочный характер.

Но характер - не склад, и собаки вполне установившейся породы имеют сходство характера только в главных, общих чертах, т.е. в степени вязкости, злобности и горячем или угрюмом, хладнокровном темпераменте, но каждая из них отличается непременно какими-нибудь индивидуальными особенностями характера. Эта разность характеров во второстепенных его чертах объясняется тем, что, несмотря ни на какие старания, нельвя растить всех собак в совершенно одинаковых условиях, а каждое, даже самое незначительное изменение в воспитании или почти незаметное происшествие непременно влияет на дальнейший ход образования характера молодой собаки. Так, воспитание в тесном помещении или на совершенной свободе имеет большое влияние на характер собаки. Кто не знает, что собаки, выращенные на цепи, отличаются сумашедшей злостью? Кто не замечал, что те, которых часто стращали и пугали в молодости, навсегда остаются робкими? Всякое удачное нападение щенка делает его храбрее, и наоборот - неудача вселяет трусость; одним словом, всего, что может иметь влияние на характер, невозможно перечислить.

К сожалению, многие русские охотники совсем не понимают значение слова "порода", но непонимание или незнание никому в порок ставить нельзя, хотя в настоящее время такого рода незнание не совсем извинительно, на том простом основании, что, благодаря охотничьей литературе, эти сведения очень легко приобрести. Наряду с незнанием часто встречается, однако, и сознательное игнорирование известного, и эта черта замечается в характере многих наших охотников; объясняется она, во-первых, неряшеством, а во-вторых, бравированием установившихся понятий, и, странное дело, - такое ухарство очень заразительно и всегда находит много последователей среди охотничьей молодежи.

Как первая категория (незнающие), так и вторая называют породой всяких ублюдков; например, мешают костромских гончих с польскими, происшедших разношерстных ублюдков - с английскими, и т.д. Они, не стесняясь, а даже с достоинством говорят - "моя порода" или "выведенная мной порода!" Им и дела нет, что в их "породе" нет двух сходных гончих, что все собаки разных ног и вообще могут быть названы только помесью.

Кроме того, некоторые, достигнув в своей помеси одномастности, вполне уверены в том, что порода установилась. Но масть - последнее дело, как я и говорил уже: ее можно установить очень скоро, и она имеет малое значение для определения установившейся породы; главная и неизменная примета породы - это одинаковый склад всех собак, ее составляющих, и сходство их полевых качеств. При одинаковом складе одномастность тоже служит доказательством установившейся породы, но эта примета второстепенная, и есть породы, в которых собаки бывают двух или нескольких мастей, что указывает лишь на то, что при выводе, подбирая производителей, не обращали внимания на их окрас, отчего и порода вывелась разномастная.

Пишу я это для того, чтобы начинающие охотники обратили внимание на то, что следует называть "породой" и что "помесью". И помеси могут быть хороши для охоты, но под условием толкового смешения; поэтому нечего конфузиться того, что гончие нечистокровны: нужно помнить, что главное достоинство стаи узнается в поле. Конечно, всякий дельный охотник должен стремиться установить породу и для этого не упускать иэ виду то, что должно называть "породой установившейся".

Вывести породу нелегко; независимо от большого личного труда и энергии, которые для этого необходимы, дело это требует значительных денежных затрат, которы никогда или очень долго не окупаются. Кроме того, у нас, в России, охотники обставлены самым неудобным образом для этого дела; большинство дельных и знающих людей, которые могли бы заняться выводом или улучшением пород, которые принялись бы эа это энергично и настойчиво, раскиданы так далеко один от другого по широкому простору нашего отечества, что о соединенных усилиях не может быть и речи. В отдельности же у них обыкновенно не хватает денежных средств, и это тормозит иногда удачно начатое дело, тормозит тогда, когда оно уже на полпути, и у многих опускаются беэнадежно руки и гибнет то, на что было потрачено много лет настойчивого труда, много денег... Главное же неудобств для нас, русских охотников, заключается в том, что очень трудно доставать чистокровных производителей, почти никто из охотников не ведет родословной своих собак и поэтому, при выборе производителя, никогда нельзя быть уверенным в его чистокровности, ибо по наружному осмотру определить это чрезвычайно трудно Часто случается, что, по-видимому, от чистокровных костромских производителей родятся щенки с очевидными признаками польских и других каких-нибудь гончих, что доказывает примесь этой породы, может быть, и отдаленную, но тем не менее доказывающую непородистость которого-нибудь из производителей, а которого - это опять остается неизвестным, потому что и из помесей иногда удаются собаки со всеми признаками чистокровности; да, наконец, много ли найдется таких знатоков, которые знают все приметы немешанных гончих? Все это заставляет охотников, при видении породы, невольно действовать ощупью, а иногда на авось, что задерживает дело, оттягивая его частыми и неизбежными неудачами на неопределенно долгий срок.

В настоящее время выбор производителей становится несколько легче, благодаря выставкам, так что, хотя отчасти, можно знать о тех собаках, которые имеются у некоторых охотников. Но как охотничьи журналы, так и выставки, к сожалению, доказывают, что чистокровных гончих, коренных пород, не существует. Я не говорю, что нет хороших гончих, но все они обыкновенно представляют не что иное, как неустановившуюся помесь, и исключения очень редки. Но я все-таки остаюсь при своем убеждении, что в России еще существуют чистокровные гончие русских пород и рано или поздно они появятся на выставках, в особенности тогда, когда будут выдаваться денежные премии, которые для небогатых охотников несравненно заманчивее медалей и похвальных отзывов, льстящих самолюбие, но получение которых крайне убыточно.

Приступая к изложению тех правил, которыми следует руководиться при выводе породы, я должен предупредить читателя, что мне придется во многом повторять то, что уже написано другими охотниками, потому что вывод пород, все равно каких собак - легавых, гончих или борзых - подчиняется одним и тем же основным правилам, с той лишь разницей, что во вновь выводимой породе стараются развить те качества, которые желают, чтобы она приобрела, а вследствии этого второстепенные правила, которые не менее важны, изменяются сообразно тому назначению, для которого выводится новая порода.

Принимаясь за вывод новой породы гончих, сначала следует, так сказать, создать себе тип той идеальной гончей, которая должна быть выведена; знаю, что многим покажется смешно, но тем не менее без того воображаемого идеала, к осуществление которого приходиться стремиться, вывод породы невозможен: без него это будет бесцельная трата времени на разведение ублюдков, ибо не может быть правильного подбора производителей, и тип новой породы определяется помимо воли хозяина и не по его вкусу.

Отдав себе отчет в том, каких именно желаешь вывести гончих, следует определить их себе до мельчайших подробностей, относительно наружного вида и склада, а также их качеств, но при этом не следует упускать иэ виду, что качества и склад неразрывно связываются между собой и непременно зависят друг от друга. Поэтому тот, кто желает заняться выводом породы, должен быть знаком с различными типами гончих и с теми качествами, которые сопровождают эти типы. Тот, кто не подготовлен достаточно в этом отношении, не должен браться за это дело, потому что неизбежно сделает важные ошибки, т.е. соединит в воображаемых гончих такие качества и склад, которые несовместимы, а следовательно, и вывести такого рода гончих нет никакой возможности. Вообще можно посоветовать желающим заняться выводом новой породы не зарываться и помнить, что чем проще тот идеал, которого желаешь достигнуть, чем ближе он подходит к существующим уже породам, тем он легче будет выполнен, тем менее потребуется и труда и денег. Составив себе понятие о том, чего желаешь, надо неуклонно стараться достичь раз избранной цели, а не менять ее несколько раз, что, к сожалению, случатся довольно часто и следствием чего бывает порча полученных результатов, а потом такая путаница, что ничего не разберешь, и приходится начинать снова.

Уяснив себе качества и склад, которыми должна обладать новая порода, надо подыскать такие установившиеся породы, которые обладают, хотя и не в сильной степени, и тем и другим: одна, например, - паратостью и вежливостью, другая - вязкостью, отличными голосами и чутьем. Задача решается гораздо легче, если выводить новую породу только от двух коренных пород, и значительно усложняется, если какое-нибудь качество, например, крупный рост, приходится занимать у третьей. В этом случае сначала надо установить породу от двух и потом от этой новой вновь выводить породу с третьей.

Выбор первых производителей из установившихся пород очень важен на том основании, что только чистокровные производители постоянно передают свои качества, тогда как собаки мешанные (т.е. такие, порода которых еще ломается и в ней родятся собаки разных качеств) передают этот недостаток и своему потомству, хотя бы другой производитель и был чистокровный. Все качества, может быть, и превосходные, которыми обладает какой-нибудь ублюдок, не есть все-таки качества породы, а только лично принадлежат этому ублюдку, дети которого нередко родятся совсем другого склада и часто не наследуют вовсе качеств мешанного производителя. Я не говорю, что от мешанных производителей нельзя отвести породу, - это тоже возможно, но гораздо труднее и требует несравненно больше времени, ибо много щенков будет удаваться "ни в мать, ни в отца", с таким складом и качествами, которых нельзя было и ожидать, а следовательно, дальнейший подбор производителей представляет большие затруднения, и случается, что из нескольким пометов не удается ни одной собаки, годной в производители.

Если первые производители берутся иэ установившихся пород, дальнейший подбор значительно облегчается. Чистокровные производители передают качества, свойственные их крови, с неизменным постоянством, и собаки, происходящие от них, родятся или в которого-нибудь из производителей, или, по складу и характеру, составляют между ними среднее; выродки, не похожие ни на одного из чистокровных производителей и не имеющие их качеств, хотя иногда и случается, но составляют редкое исключение или бывают следствием скрещивания пород собак с несовместимыми качествами и складом. Впрочем, есть и сходные, по-видимому, породы, всегда дававшие от взаимного смешения плохие результаты, но я это объясняю тем, что сходство между ними только наружное, но что характер и сложение обоих пород до их смешения имели различное, противное одно другому, направление. Без сомнения, и от таких разнотипных и разнохарактерных пород можно вывести новую породу с каким-нибудь специальным назначением, что и было доказано англичанами, прибавившими злобности своим борзым примесью крови бульдога, как известно, собаки, нисколько не похожей на борзую. Я знаю несколько случаев, когда по недостатку гончих, употребляли в производители с выжловками легавых или дворных и постепенным подбором возвращались к типу настоящих гончих. Но к такого рода смешениям следует прибегать только в крайности, потому что первые поколения бывают совсем негодны для охоты, а выводя породу, приятно, чтобы и первая помесь хотя с грехом пополам, но годилась бы в поле, что достигается смешением коренных пород не слишком различных по назначению и качествам. Кроме того, для вывода породы гончих, - породы, специально назначенной для охоты, необходимо, чтобы все производители не только были бы породисты, но обладали бы и отличными полевыми качествами, и каждое новое поколение должно непременно и постоянно употребляться на охоте, чем в нем развиваются природные качества, которые, без постоянного применения и упражнения, с каждым поколением проявляются слабее и слабее и, наконец, утрачиваются совершенно. Поэтому, кроме удовольствия, которое доставляет помесь, если она может служить в поле, возможность охотиться с ней чрезвычайно помогает дальнейшей ориентировке в выборе производителей не по одному наружному виду, а и по охотничьим качествам. Выбор по полевым качествам гончих производителей несравненно правильнее, чем по одним ладам и, конечно, одно другому не мешает, а помогает.

Принимаясь за вывод породы, следует помнить, что тем легче она будет установлена, чем коренные породы сходнее, и наоборот, труд и расходы делаются тем значительнее, чем различнее качества первоначальным производителей.

Для того, чтобы успех был обеспечен, необходимо сразу вести несколько параллельных линий, не состоящих между собой в близком родстве, но происходящих от смешения однородных производителей; разница может быть допущена только относительно пола производителей, т.е. родоначальниками одной линии могут быть, например, костромской выжлец и английская выжловка, а другой - английский выжлец и костромская выжловка. Таких линий чем больше, тем лучше, потому что это позволяет, при дальнейшем подборе уже мешанных производителей, избегать близкого их родства между собой, а это главное условие для сохранения многих важных и необходимых качеств во всякой установившейся или выводимой породе. Скрещивание близких родством производителей быстро ухудшает породу: собаки начинают мельчать, склад их делается слабее, все телесные недостатки, которые были незаметны при правильном ведении породы, получают сильное развитие; характер тоже портится и из веселого и бодрого превращается в апатичный и ленивый; кроме того, по замечанию многих дельных охотников, собаки, происшедшие от частых смешений близких родством производителей, особенно сильно подвержены болезням, из которых некоторые делаются наследственными, а потому неизлечимы; к таковым принадлежат чесотка (парши или забойка), ушной рак, болезнь глаз и чума. В особенности вредно отзывается на потомстве от скрещивания однопометников, - это вернейший способ уничтожить породу. Б случав крайности можно мешать дочь с отцом или внучку с дедом, или мать с сыном или внуком, и результат получается удовлетворительнее, чем от однопометников, и, конечно, чем далее родство, тем лучше. В особенности вредно, если несколько поколений происходят от родственников, и этого надо по возможности избегать: позволительно так действовать только в крайних случаях, например, для поддержания вымирающей породы. Но этот прием для восстановления породы позволителен только закоснелым рутинерам, которые дорожат чистокровностью выше всех остальных качеств. По-моему, чистокровность только и дорога тогда, когда она обусловливается превосходными качествами породы, а от частого скрещивания близких по родству производителей качества эти утрачиваются. Я лично всегда предпочту примешать к любой породе посторонней, возможно более сходной крови и потом постоянным внимательным подбором восстановить угасающую породу: я уверен, что таким способом лучше сохранятся хорошие качества.

Из всего вышесказанного понятно, для чего нужно вести несколько параллельных линий и потом освежать кровь выводимой породы, употребляя производителей из разных линий. Все линии должны быть ведены совершенно одинаково, т.е. подбор производителей должен в каждом из них стремиться к созданию тождественных склада и качеств для того, чтобы впоследствии, при взаимном смешении, потомки разных линий обладали одинаковыми достоинствами; в противном случае получатся опять разнотипные собаки, а следовательно, потребуется несколько поколений для установления тождественности.

До сих пор я говорил о выводе новой породы; очевидно, что такой вывод доступен только охотникам с большими денежными средствами, а таковых очень и очень мало. Гораздо доступнее совсем другой способ обзавестись хорошими гончими, а именно - улучшением имеющейся породы или возобновлением вымирающей. Дело это гораздо проще: тут не надо создавать несуществующих гончих с воображаемыми качествами, в чем ошибиться очень легко, тут гончая существует, но имеет некоторые недостатки, которые необходимо искоренить. Надо найти таких собак, которые не имеют этих недостатков, и примесью их крови улучшить имеющихся. При этом способе не нужно выводит породу с особым складом, а следует держаться типа той, которой качествами более дорожишь, и для этого, сделав к ней примесь посторонней крови, в продолжении нескольких поколений употреблять снова чистокровных про производителей, но и не употребляя их, гораздо легче возвратиться к типу одной из коренных пород, чем установить новый.

Более всего имеет влияние на потомство породистость: если оба производителя одной и той же установившейся породы, то и потомство родится столь же породисто, как и они. При смешении производителей различных пород щенки наследуют более качества того из них, порода которого имеет древнейшее происхождение, т.е. насчитывает более чистокровным поколений, а следовательно, и кровь такого производителя имеет большую наследственную силу. При скрещивании породистого производителя с ублюдком от той же породы щенки всегда родятся типичнее употребленного ублюдка, но редко бывают также типичны, как чистокровный производитель. Но скрещивание породистых производителей с ублюдками, равно как и последних между собой, уже нельзя считать зависимыми от породы, на том основании, что ублюдок породы уже не имеет, и удача помета, происходящего от таких браков, находится в зависимости от подбора производителей по их индивидуальным качествам. Однако и при таком подборе, в особенности если ублюдки неизвестного происхождения, бывают такие сюрпризы, которых совсем не ожидаешь. Дело в том, что в ублюдке неизвестного происхождения может течь очень сильная кровь какой-нибудь старинной породы, которая иногда сильно сказывается в его детях, что называется, "вспоминает породу". Такие сюрпризы случаются особенно часто при скрещивании ублюдков, имеющих одинаковое происхождение: более сильная кровь, находящаяся в обоих производителях-ублюдках, преодолевает более слабую, и щенки родятся с признаками той сильной породы, от которой произошли ублюдки-производители.

Во всякой установившейся или неустановившейся породе случаются выродки с особым складом и качествами, иногда с особенно хорошими, иногда из рук вон плохими; в последнем случае никто, конечно, не подумает пустить такую собаку в породу, но в первом почти каждый употребит выродка в дело. Между тем, я замечал, что такие выродки очень редко дают что-нибудь особенное в свое потомстве, которое обыкновенно бывает посредственное. Впрочем, это замечается не в одних гончих. Так, всем псовым охотникам известно, что особенно резвые борзые, что называется лихие, признаваемые эа выродков по своей выдающейся из ряда вон жгучей быстроте, почти никогда не передают этого качества в потомство, которое удается самое обыденное. Гораздо лучше таких выродков совсем не употреблять в породу, ограничиваясь подбором хороших породистых производителей.

При современном преобладании мешанных гончих, преобладании настолько сильном, что почти невозможно найти чистокровных производителей, подбор по индивидуальным качествам получает особенную важность. Цель такого подбора заключается в том, чтобы качества хорошей, но не чистокровной собаки передать потомству, иначе сказать, - доставить искусственное преобладание ее крови. Одно из правил индивидуального подбора есть подбор по возрасту. Определить нормальный возраст, при котором получаются лучшие щенки, довольно трудно: это зависит от породы, к которой принадлежат производители, потому что собаки разных пород достигают полного развития не в одном возрасте; можно принять за правило, что лучших щенков как кобель, так и сука дают в то время, когда они в полной силе. Не знаю почему, но многие охотники утверждают, что при нормальном браке кобель должен быть старше суки; по моим наблюдения над чистокровными собаками, щенки бывали лучше, когда кобель несколько моложе суки; выдавать это за правило, впрочем, я не могу, - я только желаю обратить внимание других охотников на этот факт, довольно важный для подбора производителей. Разница двух лет в возраст производителей не имеет влияния на щенков, и качества таких кобеля и суки передаются в равной степени; но большая разница уже дает в потомстве перевес качеств того из производителей, который находится в возрасте большей силы; так, если кобель молод или стар, а сука в полной поре, то и щенков надо ожидать в нее, и наоборот.

Большое влияние имеет и то, в каком теле находятся производители: от заморенной суки и сытого кобеля щенки наследуют признаки последнего и, конечно, в противном случае наоборот. Здесь же я должен упомянуть, что большую передаточную силу имеет производитель не зажиревший и не залежавшийся, а тот, который находится а сытом охотничьем теле, таковой вернее передает не только наружный вид, но и охотничьи качества.

Есть разумное и неизменное верное правило для подбора производителей; оно состоит в том, что недостатки одного из производителей должно пополнять или исправлять достоинствами другого; но неразумное понимание и применение этого правила довело отличные породы до полного вырождения. Многие охотники постоянно вяжут отличного кобеля с плохой сукой, или дряного кобеля с хорошей сукой, отчего получают посредственных щенков. Правило же это должно применяться только в крайности, а если есть возможность брать в производители отличных кобеля и суку, то, конечно, это будет несравненно рациональнее, и от такого брака есть полное основание ожидать отличных собак, которые, при правильном воспитании, должны выйти лучше родителей.

Почему-то считается, что сука передает потомству характер и склад задних частей тела, а кобель - форму головы и вообще физиономию. Несмотря на многочисленные мои наблюдения, я не могу этого подтвердить; как характер, так и склад зависят от вышесказанных правил подбора и передаются безразлично и о




Мастерская духовых музыкальных инструментов
В. Головешко и П. Чукавина

Все права защищены. Санкт-Петербург. 2010 год